Тьма в его сердце
– Прекрасно, – резко ответила я, боясь даже представить, в каких ситуациях его зад могли видеть сразу три девушки. – И я не обещала, что буду обслуживать ваш столик, я сказала, что приму заказ. Видишь разницу?
Блейк подошел ближе и сел за барную стойку. Он заглянул в мои глаза, в приглашающем жесте кивая на соседний стул.
Его сильные руки привлекали внимание не меньше, чем стальная грудь и плечи. Очень симпатичный, но очень проблемный мужчина ждал меня за баром, и что-то нашептывало мне остаться и присоединиться к нему. Но я воспротивилась этому: упрямо скрестила руки на груди и не сдвинулась с места ни на миллиметр.
Блейк, оценив мое выражение лица и общий настрой, усмехнулся и отвел взгляд, рассматривая стеллажи с алкоголем за моей спиной.
– Нальешь мне чего-нибудь?
– Я не бармен.
– Я щедро заплачу.
– Не нуждаюсь в деньгах.
Он усмехнулся, словно посчитал мои слова глупостью.
Вот она, прекрасная возможность сказать ему, что я не официантка, а управляющая отелем, дочка владельца и держатель небольшого процента акций «Хэтфилд», но Джефферсон явно презирал меня из-за фальшивой должности, и вместо этого из моих уст вырвалось другое:
– Тебя смешит это?
– Что? – спросил он, вскидывая темные брови.
Издевается, он прекрасно понимал, о чем я говорю.
– Ты увидел, что я работаю официанткой и тебе стало очень смешно, не так ли? Чувствуешь свое превосходство надо мной, ведь я в подметки не гожусь твоим дружкам, Одри и тебе? – Я облокотилась на барную стойку, кокетливо заправила прядь волос за ухо и заглянула в его глаза. – Запомни ту ночь, когда я отказала тебе, Блейк. Простая официантка опрокинула золотого мальчика, который думал, что все будет в его руках по щелчку пальцев. – Я пододвинулась ближе, почти касаясь своими губами его и прошептала: – Думай об этом каждый раз, когда захочешь самоутвердиться за чей-то счет.
Его плечи напряглись, на лице заходили желваки.
– Поэтому ты отказалась обслуживать наш столик? Личные мотивы? – вдруг спросил он.
Его волосы были чуть длиннее, чем в нашу последнюю встречу, одна прядь небрежно спадала на лоб. Мне вдруг захотелось коснуться его волос, пропустить их сквозь пальцы и узнать мягкие ли они на ощупь. Потому что на первый взгляд, его волосы казались жесткими, прямо как его темные глаза.
– Нет, у меня закончилась смена.
Я сглотнула и отвела взгляд. На его губах пролегла тень улыбки. Ведь он заметил, как я рассматривала его.
– Ты на всех так бросаешься, Дикарка? Или тебе именно я не угодил?
Он говорил вкрадчивым и глубоким голосом, словно пытался соблазнить меня. Именно на такой голос девушки слетаются как мотыльки на садовый фонарь в темную жаркую летнюю ночь. Вот только не стоит забывать, что они летят на смерть.
– Не на всех, обычно первый встречный не тащит меня в общественный туалет, для того чтобы унять зуд в паху, – холодно ответила я.
Блейк хмыкнул, подмечая что-то в своей голове, и спросил:
– Решила наказать?
– Проучить.
Он сжал губы так сильно, что они побелели, и с угрожающим спокойствием спросил:
– Чему, по-твоему, меня бы это научило?