Весенняя любовь. Подарочное издание солнечных историй от Аси Лавринович
– Это пудель! – простодушно ответила я. – Порода такая. Собачья. А собака – это млекопитающее отряда хищных семейства псовых…
– Я вижу, что это пудель! – нервно прервал меня Артем. – Зачем ты его с собой притащила?
– Ой, да бабушка попросила! – начала свой «рассказ» я. – Его оставить не с кем было, он у нас старенький… шестнадцать лет уже. Один дома ну ни в какую не хочет сидеть! Скулит… А вдруг что? Вдруг инсульт, депрессия? А бабушке в собес надо было…
Вообще моя бабушка терпеть не могла подобные учреждения и старалась их не посещать. Но у меня странность такая: если вру, то всякими дурацкими клише. Таким образом, почему бы бабушке не отправиться в собес?
– Ты знаешь, что у меня аллергия на собак? – опять перебил меня Тема.
– Да ты что! – ахнула я. Кажется, ужасно неправдоподобно. Если бы в этот момент мне на голову приземлилась шишка с ели, что стояла неподалеку, я бы поняла – это знак от Станиславского.
Артем также смотрел на меня без доверия. Не верил.
– Ты знала? Ты ведь специально его привела? Еще и на лавку рядом со мной усадила…
– Что ты такое говоришь! Откуда мне знать? Я тебе изверг, что ли? – заохала я, между тем внимательно рассматривая лицо Темы. Что ж, пока никаких явных признаков…
Зато спустя пару минут началось! Я не могла и строчки прочитать, Заяц меня постоянно прерывал своим чихом.
– У тебя есть носовой платок? – жалобно спросил он.
– Нет! – не отрываясь от чтения, ответила я.
Тогда Заяц взял мою руку и чихнул в рукав моей же толстовки.
– Ты с ума сошел? – рассердилась я.
– Сама виновата… – пробормотал Тема, шмыгая носом.
Обернувшись, я остолбенела от вида Артема. Опухшие глаза слезились, а чихал он… наверное, каждые десять секунд.
– Да, выглядишь паршиво! – констатировала я. Мне стало даже немного стыдно. Если честно, у меня никогда и ни на что не было аллергии, и я даже не подозревала, что это выглядит так… непрезентабельно.
– Ну-ка, Володька, садись подальше на асфальт! – вновь подхватила я ленивого пуделя.
– Как ты его назвала? Апчхи! Володька? – изумился Заяц.
– Ну да… – растерялась я. – Володька. Обычное вроде имя.
– Но… апчхи! Не для собаки!
– Я как-то об этом не задумывалась, – честно призналась я, сочувственно глядя на хлюпающего носом Артема.
– Ему бы подошло другое имя… Апчхи! Например, Пьер.
Мы вдвоем уставились на невозмутимого Володьку. Тот сидел с непробиваемой мордой, будто не его сейчас обсуждали. Да ну, какой из него Пьер!
– Так, я думаю, мы можем расходиться! – заключил Заяц. – Иначе я сейчас… Апчхи! Я сейчас сдохну! Апчхи!
И чуть тише пробормотал:
– От вашей компании…
– Но мы же не наметили фронт дальнейших работ! – вяло запротестовала я. Да, неудобно получилось.
– Наметим в следующий раз… – проговорил Заяц, поднимаясь со скамейки. – Пока, Ромашкина!
Я тоже поднялась. Чего мне тут сидеть ловить? Надо Володьку бабушке отвести… или отнести. Тут как его величество пожелает.
– Володька, вперед! – подтолкнула я слегка пса. Он, разумеется, никуда не собирался. Тогда я попыталась взять его на руки – а он как зарычит, будто лев! Я аж подпрыгнула от неожиданности.