Степень бессмертия. Книга 3. Панацея
– Ты не понимаешь, да? – не поддержал я шутливого тона. – А скажи-ка мне, сколько власть имущих в последнее время изрядно посвежели? А не зараженные ли они, как и мы? По-моему там даже через телевизор все видно.
– И что, им-то это лекарство как раз и нужнее всего, умирать никто не хочет, – возразил Алексей, но уже как-то вяло, и судя по выражению лица, он уже начал понимать, к чему я клоню.
– Вот именно, умирать никто не хочет, – кивнул я. – А как зараженному получить запасные годы жизни? И учти, что все чинуши в высоких званиях – старые пеньки, которым небо коптить при нормальных раскладах уже недолго. Лет десять, пятнадцать – и все, в ад, чертей воплями радовать. И тут появляется возможность приказать, и тебе принесут годы жизни в виде симпатичных маленьких кристаллов. Как думаешь, кто-то добровольно откажется?
– Хочешь сказать, что лекарство никто дорабатывать и использовать не будет? – нахмурилась наивная девушка Вика.
– Наоборот. Еще как доработают и внедрят, – скривился я. – Но для избранных. А остальные зараженные пойдут на корм этим избранным. Думаю, что и сейчас практикуется что-то подобное, но с препаратом будет надежнее. То сейчас жизни одного зараженного хватает на пару лет, а с лекарством расход резко упадет. И каждый кристалл будет приносить уже раз в десять больше. Это, конечно, все мои домыслы, но думаю, что я не слишком далек от истины. Прикиньте, прямая пересадка жизни, без уменьшающего коэффициента в виде трат на сверхспособности.
– Если раньше жизни десятка убитых сверхов всего лишь восполняли срок жизни убийцы до обычной длительности, то с препаратом… – Алексей задумчиво поскреб затылок – лет триста? А то и пятьсот, если доноры молоды?
– Кабздец… – ахнула Вика. – Нам хана. Всем…
– Ну, тебя-то убьют сильно не сразу, – «успокоил» я целительницу. – Кому-то же надо будет контролировать процесс, чтобы пациент не отбросил коньки во время лечения? Алексей вон тоже пригодится как прибор, блокирующий способности. К тому же он уже активно сотрудничает с органами.
– И между прочим, – возмутился Алексей, – помогаю тем самым уменьшить созданное тобой зло!
– Ой, да ладно, – отмахнулся я. – Взрослый человек, сам разберешься, что ты там и кому помогаешь… Не с бандитами, уже хорошо! Только что в итоге перевесит – твоя полезность или лет тридцать жизни кому-то из твоего начальства?
– У меня нет начальства, тут другое… – начал было объяснять Алексей, но потом просто отмахнулся и сменил тему: – Не это сейчас важно, говори давай, что ты там задумал?
– Да хрен его знает… – Я пожал плечами. – Ничего хорошего в голову не идет. Можно, конечно, сжечь здесь все, но тогда мы и сами скопытимся. А мне что-то не хочется становиться героем посмертно. Все равно никто не оценит.
– Нет героев без зрителей, да? – хмыкнула Виктория. – Ладно, это все хорошо, но делать что-то нужно уже сейчас. Если верить нашему борцу со злом, у нас осталось минут сорок до того, как сюда ворвется спецназ. Ну или кто там у ФСБ штурмами занимается?
– А может, и вправду пожар устроить? – задумчиво предложил Алексей. – Как раз этажом выше, где лаборатория. Заодно и компьютеры сгорят. А сами спрячемся где-нибудь на кухне и попробуем улизнуть под шумок?